Хотелось бы «закрыть глаза» на бюджетную бедность. Хотелось бы разделить оптимизм Единой России в намерении пролить «золотой дождь» на отечественную науку. Хотелось бы поверить, что мы можем развивать и финансировать «всё и сразу».

Однако чудес не бывает. В обозримом будущем нам придется «считать» копейки и сводить «концы с концами». Чтобы в итоге очередной кампании дебет сошелся с кредитом, а наша наука не оказалась в банкротах, надо четко понимать чего мы хотим добиться, где возьмем деньги, кому дадим эти деньги и как поступим, чтобы деньги не украли.

Всё вместе – выстраивает иерархию целей, позицию и алгоритм действий власти в поддержку отечественной науки, которые я хотел бы предложить к обсуждению.

Цели и приоритеты

Я – любознательный человек. Я очень хочу знать, из чего сделаны кварки, как возникла Вселенная или что творится в «черной дыре». Но и я, и вся страна как-нибудь проживет еще несколько лет без этого знания. Сейчас мы не имеем права серьезно вкладываться в фундаментальные исследования, которые принесут практический эффект через 100 лет.«Наука ради науки» нужна, но не в первую очередь.

Приоритетное развитие фундаментальной науки – роскошь богатых стран. Результаты фундаментальных исследований публикуются открыто. Закон всемирного тяготения или формулу Эйнштейна E=mc2 никто не «секретит». Весь мир пользуется и будет пользоваться этим знанием «бесплатно».

Нам нужна мощная прикладная, отраслевая наука, которая создаст новые технологии. В первую очередь – в части «производства средств производства». Без них любые открытия навсегда «останутся на бумаге».

Более того, их нам никто не продаст. Никогда, ни за какие деньги! Потому что современные технологии и средства производства определяют экономическое лидерство страны. Либо мы создадим их сами, либо расстанемся с мечтой «соскочить с сырьевой иглы». Третьего не дано!

Деньги

По финансированию научных разработок мы «отстаем» от стран Запада в 30, 50, 100 раз. Тех денег, которые уже сегодня надо вложить в развитие отраслевой науки, в бюджете нет. И они не скоро появятся. Особенно, если наша экономика по-прежнему будет всё делать «на коленке».

Спасение утопающих — дело рук» государства. Но прежде всего, это дело рук самих утопающих. Нельзя «спасти» того, кто сам не хочет спасаться.

Мы все помним «патриотичный плач» крупного бизнеса, в том числе и в Государственной Думе. «Дайте нам собственность и либеральные законы! Освободите нас от «социалки»! Напишите нам «хороший» Трудовой Кодекс! Избавьте нас от прогрессивной шкалы налогообложения! Мы проведем техническое и технологическое перевооружение экономики! Мы создадим конкурентоспособные производства! Мы двинем Россию вперед!»

Может быть, пора подумать о новом налоге для «отраслеобразующих» концернов, о налоге на развитие прикладной науки? И освобождать от него только те компании, которые добьются реальных результатов – в союзе с наукой создадут новые технологии, новые средства производства? Тех, кто реально двигает Россию вперед!

Критерии

Критерием эффективности науки должен быть результат. Не видимый, а стратегический – с реальным выходом в национальную экономику. Давать деньги ученым конторкам , где на одного эффективного ученого приходится 5–6 человек научного балласта, оболтусов со степенями и дипломами — бессмысленно и преступно.

И наконец, надо «прикрыть» все «конторки» под вывесками научных учреждений, где изобретают неизвестно что, неизвестно для чего – «глюкатели», «шишкуляторы», «кварковые бомбы», «ускорители пространства», «нейтринные средства связи» с другими мирами и так далее.

В противном случае, наша наука останется «черной дырой», в которой любые инвестиции будут исчезать бесследно, а наш бизнес продолжит «ковать» прогресс «на коленке».

Кадры

Кто сегодня реально способен «отковать» прогресс России в научных лабораториях? Преемственность и научные школы уничтожены реформами 90-х. В российской науке остались великие старики, которым уже за 70, и подающая надежды молодежь. Есть мнение, что мы сможем вернуть домой тех, кто уехал на Запад. Не надо быть пророком, чтобы предвидеть результат такой репатриации.

Первый эшелон ученых – светила прикладной науки, останутся там, где работают. Даже не из-за зарплаты, а потому что в России нет условий для эффективной работы большого ученого: научного менеджмента, квалифицированного обслуживающего звена, скорости и точности в обеспечении оборудованием и т.д.

Второй эшелон — талантливые ученые — останутся там же, на Западе, рядом со светилами. Для этих людей важна не зарплата, а научная школа. Им важна сама возможность учиться у светил, чтобы со временем превзойти своих учителей. Им важно учиться гению, как Капица, Фезер, Льюис, Шенберг, Девоне в свое время учились у Резерфорда.

Приедет третий эшелон — те, для кого не важны ни условия, ни научная школа, зато очень важна зарплата: научные неудачники, которые не смогли ничего добиться на Западе, в лучших условиях. Надо ли говорить, какое качество будет у таких «ученых кадров»? Нужны ли они в России?

Ученые-варяги не оправдают надежд. Мы должны инвестировать в своих Хиддинков и в своих Резерфордов. В своих великих стариков и в свою талантливую молодежь. Только они и никто другой смогут воссоздать российские научные школы и двигать вперед прикладную науку.

Контроль

Зная как «работает» чиновничья система, можно с вероятностью 99% предвидеть:    дополнительные бюджетные деньги на науку будут «пилить» между коррумпированными кланами. Их «разделят» под информационную шумиху о западной чудо-технике, которая якобы эшелонами якобы прибывает в российские лаборатории. На самом деле, как минимум, на 75% закупят устаревший хлам, который уже никому не нужен в Европе. Закупят через «своих» посредников; все, кому «положено» по должности, получат свои взятки и откаты.

До великих стариков и талантливой молодежи» дойдут жалкие копейки, за которые от них потребуют изобрести «всё и сразу», а иначе – вон из науки! В дураках останутся: российская наука, российское государство и российские налогоплательщики, которые из собственного кармана оплачивают благосостояние шаек коррупционеров.

Этого не должно повториться!